Размер шрифта

  • Decrease
  • Normal
  • Increase
Горячая линия офиса
+375 (17) 355-08-29

 

Взгляд изнутри… Эссе Ольги Рыбачук

Вступление

Прочитала про конкурс и захотелось написать что-то и от себя. Меня зовут Ольга. Сейчас работаю педагогом-психологом в центре коррекционно-развивающего обучения и реабилитации. Сама тоже инвалид с детства, у меня нет руки. Учусь в магистратуре, пишу работу в области аутизма.

Эссе

Для начала хочется поразмышлять о своих ассоциациях на тему инвалидности.

Когда я думаю о проблеме инвалидов в обществе, первое, что мне приходит в голову, это все мои знакомы и друзья, имеющие ограниченные физические способности. Они все разные – не только в своих возможностях и ограничениях, но и в своих жизненных целях, ценностях, желаниях….

Вторая моя ассоциация: инвалидность – это некоторые ограничения. У кого-то они больше, у кого-то они меньше. А у кого-то их совсем мало. У меня, например, эти ограничения совсем небольшие.

Вот еще какая ассоциация – нереализованность, иждивенчество. Это неприятная ассоциация, но я это замечаю и вижу вокруг себя. От этого мне грустно. Такая позиция «я не могу», «мне все должны» часто возникает по разным причинам: это зависит и от экономических, государственных возможностей для человека с ограничениями, и от особенностей воспитания инвалида и еще от многих причин. Мне иногда грустно наблюдать инвалидов, которые могли бы работать, но не работают; которые имеют возможности реализовать себя, но не делают этого.

Можно очень много говорить об условиях и правах для инвалидов, интеграции в обществе, о возможностях, которое общество должно предоставлять для инвалидов. Мне трудно говорить: я могу свободно передвигаться, слышать, видеть, я адекватно реагирую на действительность.

Поэтому для меня самой важной задачей в любом ограничении является не только адаптация, это только малая часть того, что может быть. Самое важное в реабилитации инвалидов – научить их находить в своем ограничении возможность реализации  себя. А я думаю, что это возможно в большинстве случаев. Даже если на инвалидной коляске невозможно спуститься в мир. Все равно важна внутренняя мотивация самого инвалида.

И для меня в организации различных программ для инвалидов, социальной реабилитации более важно построение программ, которые направлены на формирование жизненной активной позиции самого инвалида. Возможно, чтобы этого достичь, нужно начинать с самого сложного – принятия себя, работы с горем по поводу своего ограничения, понимания того, что общество – лишь поддержка в чем-то. В такие программы важно включать не только самого человека с ограничениями, но и всю его семью. И тогда первоначально важна работа психологов, социальных работников. Общество может чувствовать страх, оно не знает часто, как вести себя с инвалидом. Но кто, как ни сам человек с ограничениями, сможет с принятием относиться к такому незнанию и своим собственным принятием себя показывать положительный пример взаимодействия.

Важной задачей для меня является также поиск различных ресурсов для реализации самого инвалида в тех ограничениях, в которых он находится. Я знаю людей, которые искали работу несколько лет, и, к моему удивлению, находили ее. Я читаю про человека, который на инвалидной коляске, объездил полмира и удивляюсь этому. Все они инвалиды. И тогда важно людям, которые находятся рядом, думать не о том, что он не может или что не получится, а искать то, что получается, что важно и интересно. В этом случае важны любые занятия: спорт, искусство, образование, ремесленничество. Это сложно…. Но позиция должна быть не «мне государство должно», а – «а что я могу». Мир невозможно сразу сделать таким, как хочешь, но можно к этому миру приспособиться. Мне кажется, что реабилитация молодых инвалидов должна иметь по большей части именно такие задачи.

Сейчас многие организации, СМИ говорят об интеграции людей с ограниченными возможностями, принятии. Мне кажется, что полная адаптация и интеграция невозможна. Можно создать все необходимые условия для жизни инвалида, но невозможно заставить всех относиться к нему с принятием. Да и зачем? Хотя у меня практически не было трудностей, связанных с моим ограничением, скорее больше моих страхов по этому поводу. Но я работаю с детьми с аутизмом. Я думаю, смогла бы я дружить со взрослым человеком с аутизмом? Наверное, нет, но я могла бы в чем-то оказывать поддержку, решать какие-то общие вопросы. Человеку с ограничениями важно партнерское отношение, а не особое отношение: с ним можно общаться, его можно любить, на него можно злиться…..

Все мы разные. Все мы в чем-то имеем ограничение: внешние или внутренние. Все мы можем быть счастливы.

 

Автор: Ольга Рыбачук. Особо отмечена жюри «За жизненную позицию»